Авроре всего десять, а мир уже рухнул. Монстр забрал её семью — не сказочный, а самый настоящий, клыкастый и безглазый, поселившийся в стенах дома. Отчаявшись, девочка постучалась к соседу, тому самому, которого все обходят стороной. Он молчалив, а в глазах — тень, которую не развеет солнце.
Она не просила помощи — она наняла его. Положила на стол все свои сбережения, смешные монетки из копилки-свинки. «Убей его», — сказала она без дрожи, и в её голосе прозвучала не детская просьба, а приговор.
Мужчина хотел отказаться. Но потом присмотрелся к её глазам — пустым, как окна покинутого дома. И вспомнил. Вспомнил шёпот в тёмных переулках, заказных убийц, которые стирают целые семьи, чтобы добраться до таких, как он. А что, если её родители… просто оказались не в том месте? Невинные мишени в игре, где он — главный приз?
Чувство, острое и тяжёлое, как камень, сдавило грудь. Это была вина. Не та, что признают вслух, а та, что гложет изнутри, тихо и неумолимо. Он взял деньги. Не потому, что они ему были нужны, а потому, что это был договор. Знак.
«Хорошо, — произнёс он, и это слово прозвучало как клятва. — Покажи мне, где он живёт».
Дело было не только в монстре теперь. Дело было в том, чтобы заглянуть в прошлое. Узнать, не тянется ли к нему из этой трагедии его собственный, кровавый след. И если да — смыть его. Ценой чего угодно.
